Промывание мозгов: 12 способов — на примере современных СМИ

8

Всегда помню совет булгаковского профессора Преображенского: «Не читайте перед обедом советских газет» — и следую ему по мере возможностей, в первую очередь применительно к нашему ТВ. Но когда я работала над этим материалом, мне все таки пришлось принять изрядную дозу «яда», чтобы разобраться в методах и приемах, которые современные СМИ используют для формирования общественного мнения.

Все эти техники основаны на закономерностях функционирования человеческой психики. Я попыталась их проанализировать и систематизировать. Конечно, каждый сможет дополнить мой список собственными наблюдениями.

Отвлечение внимания

Как цыганка отвлекает внимание? Сначала ничего не значащая фраза: «Не подскажете, как пройти…» Затем резкая смена темы, интонации: «Ой, девонька, по лицу вижу, что в семье у тебя будет два гроба!», «Ой, страдалица, муж тебе изменяет, и ты знаешь разлучницу». Смена темы повергает жертву в смятение, способность мыслить отключается, подсознание реагирует на «мертвые слова». Нас парализует липкий страх, сердце колотится, ноги подкашиваются.

Для пропаганды, как и для любого другого вида манипулирования, важно подавить психологическое сопротивление внушению. Если в момент передачи сообщения отвлечь внимание адресата от его содержания, то осмыслить его и найти контрдоводы трудно. А контрдоводы — это основа сопротивления внушению.

Какими способами отвлекают наше внимание?

Информационный калейдоскоп. Телепередачи обычно выстроены так: короткие сюжеты сменяют один другой, перемежаются анонсами, рекламой, мелькают кадры, внизу бежит строка с дополнительными новостями. При этом важная информация разбавляется слухами из жизни знаменитостей, из мира моды и т.д.

За десять минут просмотра перед нашими глазами проносится столько образов, что ни на чем невозможно сконцентрироваться. Этот калейдоскоп разрозненной информации, которую мы не в состоянии осмыслить и переработать, воспринимается как единое целое. Наше внимание рассеивается, критичность снижается — и мы открыты для любого «мусора».

Дробление темы. Если информацию надо внедрить в сознание, не вызвав сопротивления, ее дробят на части — тогда осмыслить целое становится сложнее. Вроде бы все сообщили — одно раньше, другое позже, но так, что трудно сосредоточиться и понять, что же произошло на самом деле.

Сенсационность и срочность. Часто в новостных передачах мы слышим: «Сенсация!», «Срочно!», «Эксклюзив!». Срочность сообщения обычно бывает ложной, надуманной, но цель достигнута — внимание отвлечено. Хотя сама сенсация не стоит и выеденного яйца: в зоопарке родила слониха, в семье политика скандал, Анджелина Джоли сделала операцию и т.д. Такие «сенсации» — повод умолчать о важном, о чем публике знать незачем.

Когда нас бомбят «срочными», «сенсационными» новостями, информационный шум, накал страстей и нервозность снижают нашу критичность, и мы становимся более внушаемыми. Наш мозг работает на высокой скорости, он все чаще включает «автопилот», и мы начинаем мыслить стереотипами, готовыми формулами.

Фокус на второстепенном. Отвлечь нас от волнующих социальных проблем тоже очень просто. О новом законе, который приведет к серьезному снижению уровня жизни, диктор скажет, как о чем то, не имеющем особого значения, — это все равно что сообщить новость в малотиражной газете, да еще напечатав ее мелким шрифтом.

Зато рассуждения о запрете импорта кружевного белья или историю с жирафом, которого скормили львам в датском зоопарке, будут перемывать все СМИ.

Иллюзия достоверности. Сильнейший эмоциональный отклик создает ощущение подлинности событий. Мы окунаемся в иную реальность, не подозревая, что это, возможно, дешевый прием, постановка, монтаж.

Эффект присутствия. В фильме «Апокалипсис сегодня» показано, как снимают новостные сюжеты. «Бегите, не оглядываясь, как будто вы воюете!» — требует режиссер. И люди бегут, пригибаются, шум, взрывы, все как на самом деле. Конечно, есть честная журналистика, и репортеры часто рискуют жизнью, но такие трюки не редкость, особенно когда речь идет о пропаганде.

«Очевидцы событий». «Очевидцы», мелькающие в новостях, мало чем отличаются от «очевидцев» в рекламе. Вот молодая женщина, запинаясь, с показной неуверенностью рассказывает, как сын, играя в футбол, испачкал майку, а она ее постирала. В новостях опрашивают будто бы случайных людей, и из их слов формируется смысловой и эмоциональный ряд, который надо внедрить нам в сознание. Самое сильное впечатление производят плачущие старики, дети, молодые инвалиды.

В октябре 1990 года мировые СМИ облетела новость: по словам 15 летней кувейтской девочки, иракские солдаты вытащили из роддома младенцев и бросили на холодный пол умирать — девочка видела это своими глазами. Имя девочки скрывалось из соображений безопасности. На протяжении 40 дней перед вторжением в Ирак президент Буш не раз вспоминал эту историю, сенат США при обсуждении будущей военной акции тоже ссылался на этот факт.

Позже выяснилось, что девочка — дочь посла Кувейта в США, а остальные «свидетели» были подготовлены PR-агентством Hill & Knowlton. Но когда войска уже ввели, до правды никому не было дела.

Анонимный авторитет. Его имени не сообщают, цитируемых документов не показывают — предполагается, что убедительность придают ссылки на авторитет. «Ученые на основании многолетних исследований установили…» — какие ученые? «Доктора рекомендуют зубную пасту…» — что за доктора? «Источник из ближайшего окружения президента, пожелавший остаться неизвестным, сообщает…» и т.д.

Подобная информация — чаще всего чистой воды пропаганда или скрытая реклама, но источник неизвестен, и ответственности за ложь журналисты не несут.

Эффект ореола. Популярные люди — актеры, спортсмены, музыканты — часто становятся «агентами влияния»: они убеждают поклонников в том, в чем сами толком не разбираются. Их умело используют политики и рекламщики, ведь известно: если человек для нас авторитет в чем-то одном, то и в другом мы готовы ему верить.

Как делают новости на ТВ

Подмена. Одним из важнейших приемов промывания мозгов является подмена одного факта или явления другим, часто с совершенно противоположным знаком. Причем делается это незаметно для зрителя или слушателя.

Создание ассоциаций. Суть приема в том, чтобы привязать некий объект к тому, что массовое сознание воспримет как однозначно плохое или хорошее. Одна сторона говорит: фашисты. Другая: террористы. Подобные метафоры включают ассоциативное мышление и экономят наши интеллектуальные усилия.

Нас загоняют в еще одну пропагандистскую ловушку. И вот вместо того, чтобы осмыслить суть проблемы, мы цепляемся за эти ассоциации, ложные аналогии и метафоры. Так уж устроен наш мозг: он при любой возможности старается не делать лишней работы.

На самом деле ассоциации и метафоры редко проясняют суть дела. Например, нам говорят: «Путин — как Петр Первый». Нам намекают, что мы знаем, какими на самом деле были времена Петра и итоги его деятельности. «А, ну понятно», — соглашаемся мы, хотя на самом деле нам ничего не понятно.

Когда информацию связывают с известными нам фактами, явлениями, людьми, которых мы воспринимаем позитивно, происходит положительный эмоциональный перенос. Как это бывает в рекламе? Вот явно преуспевающий человек едет на машине — если у нас будет такая же, мы тоже достигнем успеха.

Часто сообщения подкрепляют видеорядом. Например, нам о чем то рассказывают, а на экране — Гитлер, нацисты, свастика, все, что вызывает у нас страх и отвращение. Сама информация отношения к немецкому нацизму не имеет, но у нас в сознании одно уже сцепилось с другим.

Используется и условно-рефлекторная связь. Скажем, одно событие (человек, товар) преподносят как хорошее, другое — как плохое. Когда говорят о хорошем, фоном идет оптимистичная, приятная мелодия, которую мы все любим. Если показывают «плохое», звучит тревожная музыка и мелькают печальные лица. Всё: условно-рефлекторная цепь замкнулась.

Смена «знака». Основная цель приема — назвать черное белым, а белое черным, «плюс» поменять на «минус» или наоборот. Можно «перекрасить» любые события, погромы назвать демонстрациями протеста, бандитов — борцами за свободу, наемников — добровольцами.

Особенно преуспели на этом поприще пропагандисты Третьего рейха: гестапо не арестовывало граждан, а «подвергало предварительному заключению», евреев не грабили, а брали их собственность «под надежную охрану», вторжение в Польшу в 1939 году было «полицейской акцией». Советские танки в Чехословакии и Венгрии «восстанавливали конституционный порядок». Карел Чапек иронизировал по этому поводу: «Враг коварно напал на наши самолеты, мирно бомбившие его города».

Прямая фальсификация. Чтобы создать нужные настроения в обществе, желаемое выдают за действительное. Например, в новостях сообщается, что «в оппозиционном лагере разброд и шатание», «спрос на престижные офисы в центре превышает предложение». А поскольку большинство мыслит стереотипами — «раз об этом все говорят, значит, так оно и есть». На самом деле «факты» взяты с потолка.

На выборах мы зачастую руководствуемся социологическими рейтингами: мы хотим голосовать за сильных, а не за слабых. Если у среднестатистического обывателя, который стремится быть «как все», создать ощущение, что он в меньшинстве, он отдаст голос за того, с кем большинство.

Поэтому, объявив накануне выборов сфальсифицированные данные о высоком рейтинге кандидата, можно реально увеличить количество поданных за него голосов.

Цифры, графики вообще заставляют нас поверить в то, что нам внушают: морщины исчезают на 90%, цвет лица улучшается на 30%, количество людей, поддерживающих такого то политика, увеличилось в два раза.

Повторение. Если повторять одну и ту же мысль простыми фразами, мы к ней привыкаем и начинаем считать своей. Нам всегда кажется убедительным то, что мы запомнили, даже если запоминание произошло в ходе механического повторения рекламного ролика или назойливой песни. Перед апрельским референдумом 1993 года по радио и телевизору только и слышно было: «Да, да, нет, да». Пришли голосовать. Как отвечать? Да, да, нет, да. Всё, нет вопросов. И сегодня многие вспомнят эту «речевку», но за что или против чего были эти «Да, да, нет, да», мало кто скажет.

Почему происходят такие «чудеса»? Повторение эффективно действует на плохо контролируемое подсознание и приводит к бессознательному усвоению чужих формулировок, мыслей, идей и взглядов.

Геббельс, известный виртуоз по части промывания мозгов, говорил: «Массы называют истинной информацию, которая наиболее знакома. Обыкновенные люди обычно гораздо примитивнее, чем мы воображаем… Самых выдающихся результатов… достигнет тот, кто способен свести проблемы к простейшим словам и выражениям и у кого хватит мужества постоянно повторять их в этой упрощенной форме, несмотря на возражения высоколобых интеллектуалов».

В 1980 х годах политические психологи Дональд Киндер и Шанто Айенгар провели эксперимент. Они монтировали вечерние новости таким образом, чтобы сфокусировать внимание зрителей на какой то одной проблеме, а остальное шло «фоном». Так, первой группе испытуемых изо дня в день говорили о слабости американской обороны, вторую пугали плохой экологией, третью — растущей инфляцией. В результате спустя неделю большинство участников эксперимента были убеждены, что проблему, на которую делали упор в «их» новостях, страна должна решать в первую очередь, и оценивали действующего президента США по тому, как он с ней справляется.

Получается, манипулятору не надо сражаться с идеями противника, достаточно неутомимо повторять нужные формулировки.

Из книги «Просто о сложном»
Источник

Загрузка...